Новости

Ольга Артеменко: «Нельзя детей, прибывших из стран ближнего и дальнего зарубежья, называть “мигрантами”»

Почему не ведется статистика детей, прибывающих в нашу страну из-за рубежа? Есть ли необходимость в профессиональном педагогическом сопровождении этих учеников? Нужна ли сегодня особая педагогика для детей «иной культуры»? Об этом с корреспондентом сайта Президентской академии побеседовала директор Научно-исследовательского центра национальных проблем образования Федерального института развития образования (ФИРО) РАНХиГС, член Комиссии по вопросам образования и исторического просвещения Совета при президенте РФ по межнациональным отношениям Ольга Артеменко.

– Ольга Ивановна, существует ли статистика, которая отражает число детей, прибывающих в Россию из ближнего и дальнего зарубежья?

– Ровно два месяца назад, в середине апреля 2021 года, проходил круглый стол Совета по делам национальностей при правительстве Москвы. Я вхожу в этот совет, и один из вопросов, который я задала, касался как раз динамики миграционных процессов в сфере образования. Но ее нет, такой статистики, ни у одного из ведущих специалистов. И, как я поняла, детьми в этом аспекте никто не занимается.

– В России готовится специальная система оценки индивидуальных образовательных потребностей детей, прибывших из стран СНГ. Она предназначена для выявления уровня владения русским языком, обнаружения проблем при освоении других школьных предметов. Система также позволит обеспечить психолого-педагогическое сопровождение этих ребят. Что вы на это скажете?

– Что касается психолого-педагогического сопровождения, то оно в первую очередь практикуется в отношении детей девиантного поведения. К этой группе ученики, о которых мы говорим, не относятся. Ну, а по поводу тестирования таких детей могу сказать, что оно бесполезно. Тесты покажут, что это дети иной культуры, носители специфических национальных ценностей, что находит отражение в ряде случаев в поведенческих реакциях, но это и так понятно. Да и любой учитель, который работает с ними, уже в конце 1-й четверти сам расскажет про их неудачи и затруднения, понимая, что необходимо исправлять и как. Другое дело, насколько родители настроены на решение этих проблем. Часто они считают, что если ребенок общается на простейшем бытовом русском языке, то этого достаточно. Это, дескать, снимает все вопросы. Нужно работать с родителями, повышая их ответственность за успеваемость детей.

– Как сдружить этих ребят со сверстниками-россиянами, обеспечить их интеграцию в российскую культуру? Возможно ли это сделать?

– Процесс интеграции, безусловно, возможен и, пожалуй, основной. Но для того, чтобы он эффективно осуществлялся, нужна определенная система. Нужно понимать, с какой целью приехала семья в наше государство, причем эту цель необходимо определять при въезде. Если родители таких ребят ставят себе цель стать гражданами нашего государства, получить гражданство, то задача учителя – формировать гражданскую идентичность, патриотизм, социализировать их в наше общество, в нашу культуру. Но не на противопоставлении культур, а на их взаимообогащении, на принципе диалога культур, что сплачивает ребят, принадлежащих к разным народам.

Сделать это непросто. Именно этому нужно учить учителя. Разрабатывать научно-методическое сопровождение, которое необходимо использовать во всех школах, для всех обучающихся, независимо от их этнической принадлежности. Ведь в современном обществе учебные классы по своему составу полиэтничны. Нужно не придумывать что-то для каких-то особых детей, а понимать, что целесообразно делать для всех, для коллективов.

В коллективной деятельности созревают дружеские отношения. Отношения возникают спонтанно, а развиваются закономерно.

Интересно, что в России была научная школа, которая разрабатывала и научно-методическое сопровождение, и учебники по русскому и родному языкам, по литературе и литературному чтению, которые были направлены как раз на формирование гражданственности, патриотизма, чувства любви к Родине. И Родину не делили на малую и большую. И все, кто заканчивал советскую школу, помнят, с чего начинается Родина и первую картинку в букваре. А ведь это элементы формирования патриотизма. Правильно говорят, что учитель выиграл Великую Отечественную войну: в рамках глубоко продуманной системы все диалоговые разработки делались для так называемых «национальных школ» (общеобразовательное учреждение с полным или частичным использованием национального компонента - Ред.).

В 1992 году (дата принятия Закона РФ «Об образовании» - Ред.) название «национальная школа» убрали. Думали, что все школы станут одинаковыми, «как в Москве». Поэтому и разрабатывали по принципу «все для всех», без учета этой поликультурной идентичности. Национальную школу упразднили, а дети – носители своей культуры – остались. К ним присоединяется масса ровесников, приезжающих из других государств. Школы по составу становятся полиэтническими, а дети, не стесняясь, общаются между собой на своем родном языке. Отнюдь не везде, но такое все чаще и чаще встречается.

У нашего Центра в Московской области есть школа, служащая специалистам экспериментальной площадкой, ребят-мигрантов там много. В других их практически нет. После выступления Владимира Путина 30 марта 2021 года на заседании Совета при Президенте РФ по межнациональным отношениям, на эту тему появились передачи по ТВ, записи в YouTube. Я обратила внимание, что одни герои этих репортажей признаются, что не видят поблизости школ, где учатся дети из других государств, слабо или вовсе не владеющие русским языком. А другие утверждают, что таких учеников становится все больше: родители даже поговаривают о переводе своих чад в другие школы.

Мнения разошлись. А вот если бы велся контроль над тем, сколько ребят приезжает, где они живут, то было бы гораздо понятнее, как лучше распределить их по школам.

– В чем сложность работы с такими учениками?

– Понимаете, здесь каждый случай уникален, и учителя отлично это понимают, но им бывает не до того.

Встречаются дети закомплексованные, которые боятся открыть рот при одноклассниках. С ними лучше вести разговор отдельно, не во время урока. Продумать индивидуальный подход. Если такой ребенок любит рисовать, специалист может ему предложить: «Нарисуй, как бы ты отвечал на этот вопрос». Но, повторяю, пока учитель занят другими делами – бумаготворчеством в том числе, – ему не до индивидуального подхода.

 В пригороде Хельсинки в школе, где занимаются дети из 22 стран, мне довелось наблюдать, как финская учительница, классный руководитель семиклассников, обращалась к ним на 3-х языках поочередно. К детям на первой парте – по-английски, к ребятам у окна – по-сомалийски и т.д.

– Я прекрасно понимаю, что такой учитель – примитивный полиглот, на очень короткое учебное время... У него и у его коллег совершенно другая цель. Сегодняшний воспитанник для них — это будущий обслуживающий персонал. Устроившись по выходе из школы официантом, менеджером на расселении или сомелье, он должен правильно понять своего «хозяина» – клиента, гостя, посетителя. Это задача вписывания в социальный ландшафт, освоения заданной роли.

А у нас все-таки цель другого ранга, более сложная. Мы говорим о том, что хотим этих детей интегрировать в наше общество, а следовательно, чтобы они почувствовали себя гражданами этого государства. Сформировать гражданскую идентичность. Это совершенно другая политика и дипломатия – формирование личности ребенка через качественный русский язык и общероссийские ценности.

Я прекрасно понимаю учительницу, которая обращается на английском языке к другим детям – через язык она адаптирует ребенка к новым условиям. Вот и вся задача, которую она решает.

Хотя некоторые государства утверждают, что отказываются от такого подхода, что мультикультурализм себя не оправдал, и выстраивают совершенно другую идеологию. Возьмите Германию, Францию, Швейцарию. Голландцы еще в 2000 году вышли на митинг против политики толерантности к культурным и религиозным различиям, против мультикультурализма, и у себя вроде бы от этих программ отказались. Хотя, как и в Финляндии, там много выходцев из Турции. И, тем не менее, задача западных педагогов остается прежней – подготовить поколение, которое будет обслуживать элиту. Думаю, что эта политика осознается и вызывает протесты.

Если мы выполним задачу формирования гражданственности, то избежим уличных волнений, подобных тем, что будоражат страны ЕС.

– Почему в Центре национальных проблем образования вы не используете выражение «дети мигрантов»?

– Я всегда говорю: если мы хотим сформировать «пятую колонну», то обязательно надо использовать это понятие. А ведь оно выделяет этих учеников в особую социальную группу.

Если учитель в институте повышения квалификации читает лекции, которые в публичном расписании так буквально и представлены: «О работе с детьми мигрантов»… Если в рамках Федерального перечня учебников выходит «Учебник для мигрантов»... Поделюсь личным опытом. У меня было пособие по русскому языку для детей тюркской языковой группы – для башкир. Мы его отрабатывали 5 лет,  апробировали в разных школах, шлифовали, и вдруг... Одно славное издательство молча берет, переделывает, и без ведома авторов выпускает в свет пособие со следующей обложкой: «Русский язык. 4 класс. Учебник для детей мигрантов и переселенцев».

– Такое отношение к людям другой культуры может перечеркнуть огромную работу, которые совершают многие педагоги и психологи.

– Такой учебник – это вред. Напишите: «...для детей, слабо владеющих и не владеющих русским языком». Это не социальная группа, согласитесь: проблемы этих ребят, как правило, снимаются определенными методическими приемами.

Мало того, адресованные им учебные материалы могут быть снабжены (и зачастую снабжаются) картинками с изображением представителей исключительно узкого круга профессий. Чаще всего дворников, мойщиков машин, рабочих-строителей. Среди них нет врачей, инженеров, ученых. Конечно, все это не формирует межнациональное согласие.

Ольга Ивановна Артеменко – кандидат биологических наук, доцент, член-корреспондент РАЕН (геополитика). Член Комиссии по вопросам образования и исторического просвещения Совета при президенте РФ по межнациональным отношениям. С 2007 года – организатор и руководитель Всероссийского мастер-класса учителей родных, включая русский, языков. Автор более 200 научных статей, 10 учебных пособий, научный руководитель 15 защищенных кандидатских диссертаций.

Источник РАНХиГС 

Поделиться в социальных сетях или отправить ссылку по почте: