Новости

Александр Попов для Радио Sputnik: за воспитанием должны стоять определенные образовательные технологии

Школа — это не только про физику, химию или биологию. Именно здесь ребенок учится выстраивать отношения со сверстниками, вливается в новый коллектив, пробует отстаивать свою позицию, а также решать конфликты с учителями и одноклассниками. В стенах образовательного учреждения дети проводят 11 лет, и в это время они формируются как личности.
Насколько школа в этом помогает? А, может быть, вся система с оценками, ЕГЭ и контрольными работами только ломает неокрепшую психику? Получается ли у преподавателей не только выдавать заученный материал и ставить галочку в отчетной ведомости, но и найти подход к ученику, разглядеть его таланты и сделать все, чтобы они не угасли? В День знаний ответы на эти вопросы искали в эфире радио Sputnik.
Экспертом прямого эфира выступил доктор философских наук, заведующий сектором «Открытое образование» ФИРО РАНХиГС Александр Попов.

Радио Sputnik: Александр Анатольевич, есть мнение, что школа все больше снимает с себя воспитательную функцию, перекладывая ее на плечи родителей и только оставляет за собой функцию образовательную. Так ли это?

Александр Попов: Понимаете, с точки зрения теории этот вопрос не совсем корректен. Дело в том, что образовательная функция в себя включает функцию и обучения, и воспитания, и даже подготовки кадров.  В этом смысле наша российская школа действительно ставит по-настоящему крупную задачу - образование человека. Я считаю, что у нас должно быть самое лучшее в мире образование, потому что внутри образования есть воспитание.

Теперь если уйти от теории в сторону, то в общем-то специальной воспитательной деятельности не существует, она зашита внутрь отношений между взрослым и ребенком, внутрь отношений между ребёнком и той системой, в которой он учится, она зашита внутрь передачи ценностей школьными программами, не только по литературе и по истории, но даже и по математике, по физике. В этом смысле воспитательная функция — это не деятельность. Это как ковер, где ниточка, которая идет не как основная, но объединяет все остальные ниточки. Но иногда школа очень жестко специализирована на  знаниевой компоненте, она больше похожа на советский  правильный проект, и там очень часто, как вы говорите, эта  воспитательная функция проседает. Не потому, что там не проводятся праздники или что-то еще, а вот та самая система отношений и коммуникаций несовременна, все тоталитарно.

Радио Sputnik: Однажды, уже будучи студентом, я нашел книгу Яна Перельмана, называется «Занимательная физика» и я ее начал с большим интересом с читать. И думаю - физика — это же здорово, это же супер, это же как интересно! И потом я задался вопросом, а почему я в школе так не любил физику? Я полез в шкаф, достал тетради по физике и понял почему я ее не любил, потому что там мы сплошняком решали какие-то задачи, а опыт если проводили, то брали маятник на ниточке и подсчитывали сколько раз он качнется в минуту. Ну совершенно не интересный опыт ни взрослым, ни детям. И вот когда я говорил про воспитательную функцию, наверное, вот это я и имел в виду, насколько у учителей получается находить подход к детям, а не просто отбарабанить тему, поставить галочку в какой-то отчётной ведомости и идти дальше.

Александр Попов: Если бы со мной так разговаривали чиновники от образования многие, как вы говорите, я был бы просто счастлив. Прекрасный пример про Перельмана, я по первому образованию физик-математик и хочу сказать, что Вы прям схватили мой пример про воспитательную функцию и пояснили его. Действительно, если мы можем написать прекрасный документ, мы можем написать прекрасные образовательные стандарты, то за этими словами должна быть определенная практика, за воспитанием должны стоять определенные образовательные технологии. Учитель — это, во-первых, личность должна быть, а во-вторых, еще технологии. И если учитель не владеет тем, о чем Вы говорили, а только маятник на ниточке держит, если задачи все типовые из одного лишь решебника, если не берется ряд других задачников, то школа превратиться в дисциплинарный институт.

Радио Sputnik: Александр Анатольевич, но здесь тогда еще стоит вопрос о том, что нужно по-особому как-то относиться к тому, чтобы подбирать педагогов в школу, и не только в школу, но и, наверное, студентов, которые идут получать образование для того, чтобы потом обучать детей?

 Александр Попов: Вы, конечно, же правы, но хочу сказать не за Москву, а за многие регионы в Российской Федерации - «не до жиру, быть бы живу». Сейчас начинается учебный год, а в ряде регионов вообще не хватает учителей. А причин здесь несколько: вот представьте себе, как мы начнем делать комплексный отбор, когда у нас просто нет учителя математики и физики в школе? Следующий очень важный момент. У нас фактически мужчин-педагогов нет. Здесь тоже нужно подумать - почему этот труд непривлекательный для мужчин, хотя в некоторых регионах заработная плата вполне достойная. Следующий момент. Сегодня быть учителем это тяжкий труд: это и удержание каждого ребенка, и заполнение документации, и разработка планов уроков. Вы правы абсолютно, что не каждый человек это может вынести. Существуют два типа людей, которые идут в педагогику: первый тип -по призванию, и второй тип – это от безвыходности.  

Радио Sputnik: Александр Анатольевич, если все-таки возвращаться к детям м - школа, как я уже сказал в самом начале, не только ведь про предметы, здесь дети учатся каким-то важнейшим социальным навыкам, как вливание в коллектив, отстаивание своей точки зрения. Вот насколько школа в этом отношении важна для ребенка?

Александр Попов: Мне кажется, что это институт номер один, в котором в ребенок проводит все свое основное время. Заметьте, у человека 7 лет нет

никакой другой основной ведущей деятельности кроме учебной, где он может распоряжаться чем-то. В этом смысле конечно же школа является основным институтом взросления. Школа должна выполнить не только функцию обучения, но и функцию взросления.

Радио Sputnik: Александр Анатольевич, как Вы относитесь к этой школьной системе оценок, к ЕГЭ, контрольных работ. С одной стороны - понятно, знания нужно проверять, нужно понимать усвоил ребенок материал или не усвоил, с другой стороны - все равно это для ребенка некий стресс. Может быть в этой системе что-то не так?

Александр Попов: В той системе, в которой я работаю, она называется «система развивающую обучения», правда я занимаюсь более старшими ребятами, а мои коллеги занимаются младшими, в начальной школе оценки не ставятся. Учитель может повлиять на человека, похвалить его, пожурить его, но оценка как таковая не ставится. Это очень важный момент. Затем в подростковой школе оценка появляется, но она должна появляться больше, как игровой рейтинг. У нас есть такие программы. Подросток любит соревноваться, для него это значимая вещь. А вот в старшей школе с 8 класса нужна четкая, чистая, объективная оценка. Психика уже устойчива, скоро идти во взрослый мир. Если такую систему проповедовать, довольно-таки мягкую с точки зрения школы взросления, мне кажется, что комплексы формироваться не будут и эту картину «Опять двойка» мы будем вспоминать только по произведению искусства.

Радио Sputnik: А дети как реагируют на эту систему, о которой вы говорили? Они охотно идут по такой системе и не возникает каких-то конфликтов между учениками и учителями?

 Александр Попов: Это как раз система, где конфликта не возникает. Вот недавно моей дочери в начальной школе поставили по математике тройку за то, что она две орфографические ошибки сделала. Я спрашиваю: Ты почему к учителю не подошла? Ты бы сказала, что это математика, а ошибки орфографические. Но у нее еще нет такого элемента коммуникации, как защита своих прав. А если бы это была бы оценка качественная, было бы написано «ты во всем права, но вот ты допустила такие-то ошибки». Для ребенка был меньший стресс. Поэтому, когда им рисуют солнышко вместо пятерки или тучку вместо тройки — это психологически более адекватно. И оценку нужно анализировать, хороший учитель всегда находит место и время для анализа, раньше это называлось работой над ошибками.

Радио Sputnik: Получается, что школа еще и учит отстаивать свое мнение?

Александр Попов: С моей точки зрения этот момент должен присутствовать в современной демократической школе. Однако, существует много тенденций, которые сейчас за унификацию школьных программ, школьных отношений. У нас с 90-х годов была возможность делать разнообразнее школы и школы могли делать свои программы. Сейчас все дело идет к унификации.

Радио Sputnik: Науки же разные. Есть точные науки, а есть гуманитарные, и вот эта унификация не будет ли во вред творческим способностям ребенка? Не подавляет ли школа какое-то творческое начало и нестандартное мышление?

Александр Попов: Я противник унификации, что по физике, что по литературе. В моей профессиональной жизни есть проблема, которую я постоянно решаю. Образование — это институт, с одной стороны, дисциплинарный, а с другой стороны - я стою на стороне свободной педагогики. Я понимаю, что вот этот полюс дисциплинарный нельзя полностью опустить, у нас будет анархия, у нас образования не будет. С другой стороны, этот полис тоже нельзя упустить. Поэтому, заметьте, любой проект стоится на растяжке любой проблемы. Вот я эту проблему решаю.

Радио Sputnik: А вот вообще реально ли нам построить такую систему образования? И сколько это может занять времени?

Александр Попов: У нас есть такие примеры. Советский философ Ильенков издал статью «школа должна учить мыслить» и из того времени педагоги работали над построением такой школы. У нас есть такие школы. Весь вопрос заключается в том, что они не хотят идти под унификацию. Школы, которые работают в такого рода традициях, они говорят - «Не трогайте нас со своей унификацией! Мы ваши показатели выполняем, у нас дети все сдают, мы ничего не нарушаем! Оставьте нас в покое». Такие школы есть и родители за такие школы. Хотя… есть процент родителей, которые хотят, чтоб в школу вернули пионерскую организацию.

Поделиться в социальных сетях или отправить ссылку по почте: