Новости

Эксперт ФИРО РАНХиГС Наталья Тарасова: "До сих пор имеет место формализация процесса реализации ФГОС"

1 сентября или чуть позже дети придут в школьные классы. По каким программам и учебникам будут они заниматься? Почему вокруг действующих федеральных стандартов школьного образования скрещивается столько копий? Какой должна быть «рамка требований» от государства, не мешающая педагогу оставаться автором урока? Об этом корреспондент сайта Президентской академии поговорил с директором Центра социализации и персонализации образования детей Федерального института развития образования (ФИРО) РАНХиГС Натальей Тарасовой

– Наталья Владимировна, что такое Федеральный государственный образовательный стандарт (ФГОС)? Почему многие его сегодня критикуют?

– Речь идет о совокупности обязательных к выполнению государственных требований в самой масштабной социальной сфере. В настоящий момент российская система образования работает по стандартам, утвержденным еще в 2009 году. С 1 сентября 2011 года был осуществлен переход в штатном режиме всех общеобразовательных учреждений на основные образовательные программы, соответствующие требованиям ФГОС начального общего образования. А с 1 сентября 2015 года – основного общего образования. Аналогичный документ для среднего общего образования (учащихся 10-х и 11-х классов) для всех образовательных организаций действует с 1 сентября 2020 года и должен охватить все школы к 2022 году.

Предполагалось, что ФГОС в период с 2009 по 2022 годы, постепенно переходя с одного уровня общего образования на другой, станет руководством к действию для каждого учителя страны. При этом конкретный субъект федерации сам определял, готов он переходить на него или нет.

– Почему вокруг этого крупнейшего проекта скрещивается столько копий?

– Мне представляется, что это не такой простой вопрос, как кажется на первый взгляд. Нет необходимости доказывать, что любое новшество вызывает естественное сопротивление людей, в том числе и учителей. Чтобы принять то или иное нововведение, суть его должна быть понята и принята человеком. И если то, что вводится в личную жизнь, осмысливается достаточно быстро, поскольку человек просто понимает свою выгоду, то в отношении крупномасштабных общественных новаций все складывается гораздо сложнее. К сожалению, введение ФГОС общего образования не имело необходимого полноценного и комплексного научного, нормативного, психологического, учебно-методического сопровождения и обеспечения. Например, учебники, которые «эскортировали» этот процесс, были написаны языком старого формата. В них не было проблемных ситуаций, опережающих и развивающих заданий, предусмотренных стандартом в целях формирования универсальных учебных действий и предполагающих самостоятельный поиск информации, личную инициативу ребенка. 

Как свидетельствуют многие исследования, до сих пор имеет место формализация процесса реализации ФГОС. Так, по-прежнему достаточно непростой для понимания педагогическим сообществом остается методология стандарта. Не каждый практик может провести грань между предметным и метапредметным образовательными результатами. Большие трудности у учителей вызывает формулирование дидактических целей урока в соответствии с действующим стандартом.

– Что нужно было сделать?

– Хотя история и не имеет сослагательного наклонения, но из нее следует извлекать уроки. Сейчас совершенно очевидно, что при организации такого глобального социального и педагогического эксперимента требуется создать научно-методическую систему сопровождения введения и реализации стандарта на всех уровнях образования и управления им. Но система сопровождения в случае введения ФГОС осталась фрагментарной, ориентированной на унификацию образовательного процесса, а не его творческое развитие. Не было создано целостной модели научно-методической службы сопровождения введения и реализации ФГОС на уровне образовательной организации и региональных методических служб с учетом современных подходов в теории управления и преемственности. 

Как результат, сложилась проблемная ситуация, когда стремление педагогов к самореализации и творчеству блокируется их собственной усталостью и усилением бюрократизации школы. На практике часто получается, что учительство активно борется за высокие образовательные результаты, но нередко путем дрессуры и натаскивания, которым в некоторых школах учебный процесс подчинился полностью. В итоге нарушается естественный ход обучения с его экологией нормальных, прозрачных этических сдержек и противовесов с его живой логикой общения.  

– Любой стандарт – это некая рамка. Для общества, для системы образования.  Понятно: созаказчики школы – родители – должны понимать, каких результатов выпускник достигает на выходе. Но школа, в которую ходили мы, такой рамки не имела. Значит, можно прожить без стандарта?

– Фактически без него мы жили вплоть до 1992 года. Система образования регулировалась учебными программами, типовыми методическими рекомендациями и пособиями для учителя. И государству этого было достаточно. А дальше силами лучших методологов, ученых и профессионального сообщества были сконструированы, скажем так, первые национальные стандарты в системе российского образования. 

– И они реализуются? Или остались на бумаге?

– Задачи ФГОС многогранны, долгосрочны и не ограничиваются только обучением и внеурочной деятельностью школьников. Это принципиально важно понимать. По сути дела, введение ФГОС – это выполнение заказа государства, некое соглашение, общественный договор между государством, родителями и школой о взаимных правах и обязанностях, связанных с образованием ребенка, формированием его личности. ФГОС опирается на запросы личности, семьи, общества и государства в отношении результатов общего образования и эту навигационную функцию стандарта трудно переоценить.

Эффект от правильного введения ФГОС всецело зависит от того, насколько управленческая, педагогическая и образовательная деятельность каждой школы будет продуманной, целенаправленной, технологически вооруженной и обеспеченной необходимыми ресурсами. Это подтверждает анализ деятельности пилотных площадок. Он доказал, что введение ФГОС всех уровней является сложным и многоплановым процессом, требующим специально организованной системной деятельности не только органов управления образования, методических служб, образовательных организаций, но и педагогов. Нужна четкая программа действий с учетом имеющихся ресурсов (человеческих, нормативных, материальных, научных) в достижении главной цели: эффективного достижения планируемых во ФГОС образовательных результатов.

А на деле ресурсы в масштабе страны у школ оказались очень разные. Отсюда и весьма разные результаты. 

Вместе с тем некоторые претензии к стандарту понятны, содержательно оправданы и в определенной мере осмыслены. Поэтому в ноябре 2019 года прежним руководством Министерства просвещения РФ был подготовлен для окончательного утверждения проект нового стандарта школьного образования. Но его не поддержали ученые РАО, представители общественности, так как он содержал, по их мнению, ряд норм, противоречащих Закону «Об образовании в РФ».

В известной степени правы и те, кто говорит, что вводимый стандарт был непонятен уже изначально и плохо подходил для решения прорывных социальных и педагогических задач, ради которых на самом деле он создавался.

В защиту стандарта можно привести тот факт, что в 2016 году Российская Федерация заняла первое место в рейтинге из 50 стран-участниц международного исследования PIRLS, подтвердив свой статус лидера в области чтения и понимания текстов выпускниками начальных школ. Представляется, что этот результат свидетельствует о том, что ФГОС задал верный вектор развития российского образования.  

 – Ситуация представляется парадоксальной. Норматив, созданный для раскрепощения личности, стал в каком-то смысле механизмом торможения. Дарованную от рождения свободу «здесь и теперь» стандарт подменил свободой, которая станет реальностью только после получения образования. Неравноценная замена. И тогда возникает вопрос: что дал школе стандарт отсроченной свободы?   

– Учитывая, что стандарт поступил в образовательные организации без дидактических единиц, где, как по нотам, расписано, чему и как надо учить, а были даны лишь общие направления и контуры этого процесса, ожидаемой вариативности он не принес. И в этом главная проблема.  

Грубый пример. На беговой дорожке в фитнес клубе вы сами задаете себе зону ближайшего развития при помощи трех кнопок: time (время), distance (дистанция), speed (скорость). В школе нечто подобное делает за ребенка государство. Но, к сожалению, тут произошла осечка. Таких основополагающих параметров применительно к ФГОС школьного образования задано не было. «Кнопочное» (условно говоря) управление освоением стандарта стало в итоге невозможным.   

И тут чиновники приняли единственно возможное решение: процессом надо как-то управлять и контролировать его. «Непонятый» стандарт стал отчасти причиной того, что у нас контролирующих школу органов стало чуть больше, чем было до принятия стандарта.

А смысл самого понятия «контроль» заметно деформировался. На самом деле он, конечно, нужен не ради контроля. Его задача – помогать и корректировать освоение знаний у тех, кто в этом нуждается.

– Говорят, что у каждого продавца на рынке услуг бессознательно нарабатывается своя авторская методика продаж – свой набор инструментов, стиль коммуникации с клиентом. Применительно к школе можно сказать примерно то же самое. Федеральный стандарт не должен подмять по себя авторскую «методику» преподавателя.

– Одна из ключевых статей Федерального Закона «Об образовании в РФ» как раз постулирует неограниченную свободу учителей в выборе методик, методов, средств и технологий обучения. Речь в ней идет о полной свободе, но и полной ответственности педагога за результаты применяемых методик. Сегодня, к сожалению, эта фундаментальная норма приходит в драматическое противоречие с реальностью. Хочется пригласить подумать об этом тех, кто думает о новых современных подходах к регламентации образовательного процесса. 

Поделиться в социальных сетях или отправить ссылку по почте: