Новости

Эксперт ФИРО РАНХиГС Игорь Сергеев: страна нуждается в ЕГЭ по профессиональной ориентации выпускников

Ведущий научный сотрудник НИЦ профессионального образования и систем квалификаций Федерального института развития образования (ФИРО) РАНХиГС Игорь Сергеев рассказал корреспонденту сайта Президентской академии о самых последних новациях в области профессионального самоопределения школьников.

– Игорь Станиславович, в 4-томной советской «Педагогической энциклопедии» самая скучная статья посвящена профессиональной ориентации. Из нее можно почерпнуть, что «в СССР и др. социалистич. странах впервые в истории созданы предпосылки для свободного выбора профессии». Энциклопедия права?

 – Если обратиться к фактам, то они не столь оптимистичны. На протяжении почти ста советских лет при разных властителях, социально-экономических и политических условиях неоднократно предпринимались сложные, с приложением огромного количества усилий, шаги по переводу школы в плоскость реальных задач профориентации. Но всякий раз после этого она с легкостью разворачивалась обратно. В привычное для нее русло классов-уроков-предметов и формальных процедур.

Казалось бы, Советский Союз был государством, где ценность труда всегда была одним из политических приоритетов. А на деле, если вынести за скобки 1920-е годы, ознаменованные удивительно яркими экспериментами в данном направлении на почве образования, многие замыслы обернулись пшиком. Школа очень быстро схлопывается в пространство мела, доски, а теперь еще и компьютера после каждой очередной попытки государства сделать ее практически полезным институтом общества. Так было при Хрущеве, во времена принятия закона «О связи школы с жизнью» 1958 года. Так было и в последнюю советскую школьную реформу 1984 года.

Теперь, с середины нулевых годов XXI века, государственное внимание к профориентации снова заявляет о себе. Синусоида опять пошла в плюс, и нынешний плюс довольно затяжной. Он стартовал с региональных программ развития профессионального образования, потом появилось движение World Skills, наконец – проект ранней профориентации «Билет в будущее». И пока тема профориентации все еще остается в тренде, мы можем надеяться на дальнейшие перемены, вновь разворачивающие нашу школу лицом к миру профессий.

– В ожидании новой волны СОVID – 19 эксперты прогнозируют рост молодежной безработицы. И тут школа могла бы сказать свое слово, если бы ее выпускники получали документ о рабочей квалификации, признаваемый на рынке труда. Что планируется предпринять в этой связи?

– Мы сейчас в Красноярском крае обсуждаем и формируем с региональной командой стратегию развития региональной системы профориентации для различных категорий населения до 2030 года. Так вот, на предстоящее десятилетие в регионе запланировано 10 инновационных проектов профориентационной направленности. Их спектр очень широк – от стажировок для школьников на производствах до единого профориентационного портфолио. И в основном все они сфокусированы вокруг образовательной профориентации, то есть вокруг школы. Очень надеемся, что общими усилиями какое-то продвижение может быть осуществлено. Но уверенности в этом нет. Дело в том, что профориентация имеет очень длинный лаг, ее реальные результаты отсрочены на много лет. Самоопределение человека начинается в старшем школьном возрасте, а заканчивается по выходе из колледжа, вуза или еще позже. Соответственно то, что мы будем закладывать сейчас применительно к младшим школьникам и дошкольникам, прорастет очень нескоро. Если мы хотим получить быстрые результаты (на что чаще всего и рассчитывает заказчик в лице государства и экономики, особенно в кризисные моменты) – можно предлагать только паллиативные решения, связанные с профконсультированием и переподготовкой взрослого населения. Или с тем, чтобы короткие учебные программы по востребованным профессиям становились дополнительными к программам СПО. Но, строго говоря, все это имеет весьма отдаленное отношение к профессиональному самоопределению.

Чтобы это все осознать, нужно учитывать одну терминологическую тонкость. Под профориентацией у нас много лет понималась консультативная профориентация, сопровождение выбора человеком своего ремесла или профессиональной области. А мы сегодня занимаемся вопросами образовательной профориентации. То есть перестройкой школы и вообще образования в такую систему, где сама школа будет работать не только на академические задачи, но и на подготовку человека к жизни в той или иной профессионально-трудовой среде. Поэтому в антикризисном, постпандемическом ключе полноценных решений тут нет, да и быть не может: не по адресу попали. Профориентация – это деятельность, результаты которой имеют стратегический, а не тактический характер.

– Некоторые ваши коллеги предлагают опереться в профориентационной работе на независимые внешкольные Центры сертификации профессиональных квалификаций. 

– Я не думаю, что такие центры будут удачным решением. По-моему, школу затачивать под профориентацию надо с другой стороны. А именно – с  Единого госэкзамена, который должен стать двуглавым, как минимум, драконом. Первая его голова должна заниматься аттестацией академических успехов выпускника, а вторая – оценкой проектных, мультипрофессиональных достижений, для которых в школах тоже должна появиться почва. Другое решение – внести в шкалу оценивания эффективности директоров школ и губернаторов показатели образовательной профориентации. Но эти показатели, заранее можно предсказать, будут традиционно поверхностные, и это большой риск. «Охват детей мероприятиями... Количество профориентационных акций за год...». Но, по крайней мере, они обратят внимание властей предержащих на то, что образование – это не только, когда дети сидят в классе и получают отметки. Это еще и личный замысел ребенка, человека, это его движение к себе. Самоисследование и самоопределение.

В принципе правильно строить профессионально ориентированное общее образование сразу на многих площадках. То есть на сочетании школьных занятий (возможно, в разных школах), дополнительного (от профессионального обучения до театра и математики), дистанционного образования и так далее. Но, с точки зрения конкретных механизмов и решений, что-то тут пока не складывается. Есть рамочные условия, которые должны созреть, а пока они не созрели. Профориентация, в ее самом полном и глубоком смысле, начинается там, где есть гражданское общество, где люди доверяют друг другу и способны к длительным договорным отношениям. У нас, к сожалению, еще не видно ни первого, ни второго. Поэтому профориентацию приходится выращивать поочередно, регион за регионом, как некие ростки гражданского общества, создавая команды, часто с нуля.

Механизмы такого выращивания есть, их немало. Вот открываем, например, петербургскую концепцию с ее региональными циклами профессиональных проб. Издавна и по сию пору эти пробы проводят все колледжи и вузы за пределами школы (поскольку у нее нет соответствующего оборудования), а иногда и сами работодатели – кто во что горазд. Нам кажется, что теперь все это должно быть скоординировано. Схема, говоря условно, может быть такой. Каждый ученик в период с 8 по 11 класс должен пройти, например, 16 из нескольких десятков возможных профессиональных проб. И, оценивая и сопоставляя себя в профессии, сделать выбор того, что ему ближе. Это и есть опыт, опережающий решение. А не выбор a priori, вслепую и наугад, под воздействием внешних влияний и случайных обстоятельств, как это у нас сейчас обычно бывает. Да, это пока замысел, к нему делаются только первые шаги. Но тут есть а) концепт и б) регионы (например, Вологодская, отдельные районы Кемеровской, Иркутской областей), которые уже реализуют подобные практики. Одна или две недели учебного года посвящены у детей таким поискам в пространстве профпроб. Причем важно, что «цикл» проб, через которые они должны пройти, комплектуется, исходя именно из востребованных в данной территории профессий. Как видим, тут появляются моменты, которых не было в старой профориентации. Это, во-первых, опыт погружения школьника в профессиональный контекст. А во-вторых, возможность выбора между этими контекстами.

– Так что, выходит, оба варианта хороши по-своему. А в итоге, видимо, в школу ворвется симбиоз кружка и личных проб, их конкуренция (термин, прописанный в законе «Об образовании в РФ»). Другой вопрос – какое место уделить в этом соревновании идей господину чиновнику, который тут как тут, и готов любой выбор ученика или школы упаковать в догмат стандарта, обязаловки. Либо его отсечь, ссылаясь на гражданскую незрелость «избирателя профессии». Это приводит к выводу о том, что вычесть из этого пространства выбора нужно скорее уж чиновника, чем ребенка с его поиском себя.

– Вы говорите очень правильные вещи. Насыщенная конкурентная среда самоопределения – это основа основ для поиска ребятами своей стези, но это только одна половина дела. Вот пример. Посмотрим на один из крупнейших городов, где уже много лет такая среда существует. И если начать в ней толком разбираться (говорю по собственному опыту), то окажется, что перед нами... мусорный океан профориентационных практик. Качество реализуемых в этом городе образовательных программ и услуг никто не оценивает. В результате они дублируют друг друга, часто по настоянию того же чиновника, который никуда действительно не делся, и при этом тщательно следит, чтобы как можно больше школьников посетили как можно больше мероприятий. Неоднократно был свидетелем такой картины. В школу спускают разнарядку на участие детей в федеральном проекте «Билет в будущее». С указанием – «обеспечить одну тысячу учеников». Старшеклассников сажают в автобус и везут на мероприятие, смысла которого им даже не объяснили. А те рады, что «зато уроков сегодня не будет». Сопровождающие их педагоги тоже не всегда понимают, куда именно они едут и зачем.

Чтобы избежать подобных неприятных ситуаций, насыщенная и многообразная среда профессионального самоопределения должна быть дополнена вторым базовым инструментом. И этот инструмент называется «сопровождение». Должен быть некий специалист (тьютор, профконсультант, ментор, наставник или кто-то еще), который помогал бы детям и родителям плавать в этом океане, обходя мусорные заливы и успешно продвигаясь по их собственной траектории. И нынешнее отсутствие института наставничества в профориентации – это гораздо худшая боль, проблема и беда, чем сам по себе океан профориентационной среды. Океан-то мы, положим, уже создали, пусть и в отдельно взятых регионах. А вот откуда брать наставника, деньги под него, и какова должна быть программа его деятельности, ясности нет. В рамках «Билета в будущее» была разработана технология наставничества, где к школьникам, более или менее определившимся со своим профессиональным выбором, прикрепляется наставник из числа студентов или старшеклассников того же профиля. Но пока и это все зависло, к сожалению. А без второй «опорной половины», без полноценной системы сопровождения, профориентация не заработает.

Но есть и отрадные моменты. Я вижу вокруг все больше людей, способных образовать сообщество умных энтузиастов-единомышленников в области профориентации. В каком-то регионе действует ассоциация, где-то методическое объединение, где-то неформальная группа в соцсетях. Таким образом собирается распределенная команда специалистов, которая может участвовать в повышении квалификации педагогов, создавать методическое обеспечение, каким-то образом родителей концентрировать вокруг себя. А главное, создавать позитивное поле. Некий пусть пока еще маленький, но противовес формально-бюрократическому подходу.

Но тут снова с неизбежностью возникает вопрос о «профессиональной» трансформации школьного выпускного экзамена. Каким именно будет формат зачетного мероприятия по практикоориентированному, профориентационному блоку общего образования, которое должно стать равноценным заданиям ЕГЭ? И здесь есть много вариантов. Первый – некое условное портфолио, где собран необходимый минимум профориентационно значимых активностей. Это мы пытаемся сейчас с Красноярском прорабатывать, к примеру. Второй вариант – в дополнение к академическим тестам включить защиту проекта. Кто-то говорит о том, что это должен быть проект собственной карьеры или даже личный профессиональный план. Не очень с этим согласен, потому что как-то плохо бьется этот подход с высокой степенью неопределенности будущего, которое предстоит сегодняшним детям. Неопределенность – не та ситуация, в которой работают заранее составленные планы. То есть контуры очень зыбкие пока, есть только общая идея, но она уже стучится в двери.

– Вы в этом уверены?

– Если будет второй блок итоговой аттестации, и будет документ, признающий его результаты, то это уже означает, что школа предполагает обучение самоопределению в принципе. Или, если угодно, подготовку к самоопределению на уровне мотивов, психологической предрасположенности, стремлений и хотений. И, что очень важно, на уровне умений и навыков. Такое решение способно помочь выходу отечественной школы туда, где она еще никогда не бывала, – в гражданское общество, в открытое профориентационное пространство, в пространство самоопределения личности. Я имею в виду школу даже не как института, а как сообщества людей, осознавших, по слову классика, «свободу как необходимость выбора».

 

Поделиться в социальных сетях или отправить ссылку по почте: